polyamory.progressor.ru:
Переводы из Франклина Во:

Полиамурность: что, почему, как?

Приватность и открытость в полиамурности

Коммуникация

Краткая теория управления ревностью

Практика управления ревностью

Полиамурные мифы

Побочные отношения и уход за ними

Сохранение мира в отношениях

Полиамурные ошибки

Смешение карт

Управление временем

Полиамурность и справедливость

Преодолевая барьеры

Полиамурность без правил?

Предположения в отношениях

Если не ладится — отпусти

Размышления о сообществе и абьюзе

Размышления о Радикальной Честности™

От дружбы к любви

Декларация прав в отношениях

Как встречаться с парой

Отмечая разницу между людьми

Как приобрести уверенность в себе

Полиамурность для моногамных людей

Размышления о лжи во благо

Неловкость как плата за право быть хорошим человеком

Советы: да и нет

Диалог о моногамности и полиамурности

Что надо обдумать прежде чем....

Другие переводы:
Собственные заметки:
Рецензии на книги:
Рецензии на фильмы:

Создавая поли-будущее

Выступление Алана М, ведущего блог Polyamory in the media, на конференции Rocky Mountain Poly Living. Перевод публикуется с его любезного разрешения. Источник: http://polyinthemedia.blogspot.ru/2016/04/building-poly-movement-my-keynote.html

Первая часть речи довольно сильно привязана к американским условиям, впрочем, общественный интерес к немоногамным отношениям ощущается и в русскоговорящем пространстве. Третья часть, на мой вкус в начале немного слишком алармистская, впрочем, это только мой личный вкус. Вторая же часть, на мой взгляд, совершенно универсальна и важна для русскоязычного сообщества. Из перевода исключены некоторые неактуальные для русского читателя фрагменты, эти места обозначены знаком [...] — примечание переводчика.

Когда Робин попросила меня выступить, я сразу знал о чём хочу сказать. Три основных темы, очерчивающие перспективу того, чем мы занимаемся в эти выходные.

Во-первых, сейчас прекрасное время для того, чтоб быть революционером человеческих отношений

Мы имеем счастье жить в то время, когда идеи, подобные нашим, могут быть замечены обществом, могут находить почву и расцветать. Задумайтесь о том, чем мы занимаемся. Мы противостоим миру, вооружившись другими ценностями, запрещёнными ранее способами построения любовной близости, новыми структурами семей, новыми требованиями самоопределения. И ко всему этому мы применяем высокие идеалы этики, честности и коммуникации. Мир заметил это, мир очарован. Попутный ветер надувает наши паруса.

Очень многое в мире сейчас, похоже, ухудшается. Но меня согревает то, что, общественное признание возможности множественности любовей и групповых отношений, признание отношений как выбора, похоже, будет в ближайшие годы продолжать изменяться к лучшему. И мы, собравшиеся здесь, являемся существенной частью этих изменений. Организация Loving More начинала эту работу тогда, когда это движение едва зарождалось.

Я занимаюсь поддержкой сайта Polyamory in the News. За последние одиннадцать лет, на протяжении того десятилетия, в котором полиамория появилась на мировом радаре, на нём было сообщено о более чем двух тысячах газетных и журнальных статей, радио- и телевизионных передач, материалах новых медиа всех сортов. И большинство наблюдаемых мною тенденций действительно хороши. [...]

И, кстати, если вы хотите пойти на радио или телевидение и представлять там полиаморию, вероятно, это возможно. Спрос на открыто-полиамурных людей превышает предложение. [...]

Это расширение демонстрации наших идей начинает менять более общую культуру. Мы получаем чертовски хорошее и широкое отражение в СМИ. Отчасти это происходит потому, что, к счастью, в движении есть множество прекрасных людей, представляющих собой хорошие примеры, отчасти потому, что мы подчёркиваем то, как полиамурные люди заботятся друг о друге, стараются сделать отношения позитивными для всех их участников и как это требует развития коммуникационных и других навыков, которые могут быть полезны и моногамным людям. Но, в первую очередь, полиамурные отношения просто постепенно становятся привычными.

Люди узнают обозначающее их слово. То, что счастливые немоногамные отношения действительно существуют, что они могут быть успешным образом жизни для многих людей, становится гораздо более заметным, чем раньше. Особенно большой пик наблюдался в последние 8-9 месяцев. Он растёт и будет продолжать расти. Мир всё более готов слушать нас, видеть нас и брать в расчёт наш пример. Замечать то, что Elisabeth Sheff-Stefanik [Автор книги The Polyamorists Next Door и редактор книги Stories from the Polycule — прим. переводчика.] назвала возможностью полиамории.

Да, по прежнему будет много боли и дискриминации. Будут продолжаться проблемы с родительскими семьями, с враждебными судьями и сотрудниками опеки, с работодателями, которые будут увольнять их и с арендодателями, которые будут выселять вас. Но, со временем, они будут постепенно уменьшаться.

За последние пять или десять лет мы успешно определили себя перед обществом так, как мы видим себя сами: этичные люди, тщательно заботящиеся о качестве отношений. Умные, интересные, дружелюбные люди, относящиеся с уважением к любому выбору в отношениях, включая моногамию. Ну и просто добрые и прекрасные. (На мой взгляд, этак картина несколько идеализирована — прим. переводчика.) Чем дольше мы делаем это, тем прочнее наша защита от ответных ударов консерваторов.

Всё становится проще. Становится проще объявить о себе, как о немоногамном человеке. И, когда это станет действительно просто, плотина рухнет.

Вспомните, как рухнула плотина, удерживавшая взаперти вопросы, связанные с геями, которую снёс поток гомосексуальных людей, уставших скрываться и начавших объявлять о себе по всюду в начале 80-х. Мы ещё не достигли этого состояния. Но оно приближается.


Во-вторых и, возможно, вы уже слышали это от меня.

История социальных изменений показывает, что люди, которые годами «толкали грузовик», пытаясь запустить общественное движение, обычно бывают не готовы к тому, что оно действительно начинается. [Автор использует труднопереводимую игру слов: «push a bandwagon» буквально переводится как «толкать грузовик с оркестром», но имеет и менее прямые значения — прим. переводчика.]

Речь идёт уже не о нескольких увлечённых людях, пытающихся сдвинуть грузовик хотя бы на сантиметр. Когда их усилия увенчиваются успехом, грузовик начинает катиться сам, всё быстрее и быстрее.

И если эти люди не перестанут упираться в задний бампер, не забегут вперёд, не возьмутся за рулевое колесо, очень скоро общественное движение умчится вдаль, оставив их позади. И их радость превратится в ужас, когда они увидят его неуправляемо несущимся под откос, в непредусмотренном и катастрофическом направлении. Терпящим впечатляющую аварию в кювете. Выжившие разграбляют обломки и исчезают, а сторонние наблюдатели кивают и говорят, что они предсказывали всё это с самого начала.

Я говорю это как ветеран 60-х. Подумайте, например, что случилось с движением, возникшим вокруг психоделических веществ.

Может ли что-то подобное произойти с нашим движением?

Я слышу с разных сторон о том, что слово «полиамория», по мере его распространения, становится просто модным названием для старого-доброго гуляния на сторону без учёта чувств других людей. Без наших определяющих ценностей коммуникации, честности, уважения. И любви.

Вот что пишет Луиза Леонтиадес, поли-активист и автор книги The Husband Swap в статье «Массовый исход полиамурных людей в направлении анархических отношений»:

Несмотря на то, что в полиамурном сообществе раз за разом повторяют: полиамория это «не только про секс», восприятие секса как главного движителя полиамурных отношений, не только неверно, но оно настолько повредило само значение слова «полиамория», что я не знаю — сумеем ли мы восстановить его.

А вот что кто-то неделю назад написал в группе r/polyamory на сайте Reddit (более чем с 34000 участников) в дискуссии «Is poly losing the amory?»:

Я перестал использовать этот термин в отношении себя, после того, как встретил сотни людей, которые назвали себя полиамурными [звучит похоже на Поли- коктейльные вечеринки, проходившие в разных городах], но производили впечатление, что они не очень задумываются о любви или о том, что отношения это нечто, над чем надо работать. Людей, ожидающие вместо этого, что отношения возникнут по волшебству, просто потому, что они встретят кого-то, называющего себя тем же словом.

Я настоятельно рекомендую вам вставать и высказываться каждый раз, где бы вы ни услышали или ни увидели неправильное использование слова «полиамория». Общественное воздействие одного прямо высказывающегося человека может быть действительно впечатляющим.

Нам надо спасти от потери значения термин, которым мы определяем себя, по которому находим друг друга. Нам надо направить этот набирающий скорость грузовик в правильном направлении. Я считаю, что мы должны пользоваться каждой возможностью делать вот что:

  1. Продолжать подчёркивать, что успешные полиамурные отношения требуют высоких стандартов коммуникации, этики, прямоты, великодушия и заботы о всех участниках отношений.
  2. Подчёркивать, что полиамория — не для всех, а моногамия является для большинства правильным и лучшим выбором.
  3. Настаивать на части определения, которая подчёркивает уважение ко всем и на «полном согласии и одобрении всех участников». [Тут есть вот какой аспект. «Согласие и одобрение», использованное, например, при переводе определения для Википедии, не вполне соответствует оригинальному «with the knowledge and consent». Близко, но не вполне. И с этим трудно что-то поделать, так как определение должно быть удобночитаемым — прим. переводчика.]
  4. Расширить определение от «полного согласия и одобрения» до доброжелательного отношения ко всем участникам. Я убеждён, что определяющим признаком полиамории, признаком, выделяющим её и делающим столь мощной, радикальной и преобразующей, является взгляд на партнёров партнёра не как на соперников, которым надо противостоять, или хотя бы как на нейтральных лиц, которых надо терпеть, а, как минимум, как на добрых друзей или расширенную семью. Как на людей, которым искренне желаем добра. (И, разумеется, нет предела, который ограничивал бы возможную степень близости с ними.) Это отличает полиаморию от обычного заведения любовников — понимание того, что, в каком-то смысле «Мы все вместе». Когда это происходит, полиамория становится обобщением особенного волшебства романтической любви во что-то более широкое, более широко применимое, чем доминирующая концепция пары, ограждающей свою собственную любовь от всего, связанного с остальным человечеством.
  5. Предупреждать людей о том, что, хотя полиамория может открывать совершенно новые миры радости и чуда и, возможно, сделает мир более гуманным, все эти новые возможности должны быть оплачены — смелостью, серьёзной работой над честностью, самопознанием, личным ростом и постоянной готовностью к тому, чтоб, как говорят морским пехотинцам, «выбирать трудный правильный путь, а не лёгкий, но ошибочный».

И я думаю, что создавая эту новую идентичность, мы имеем возможность стереть некоторые границы между культурами, расами, классами и другими общностями, существующими вокруг нас. Эти общественные сущности огромны и пугающе велики в сравнении с нами. Но собирая разных людей, разделяющих новый интересный способ мыслить, новый тип идентичности, мы обретаем шанс сделать менее весомыми многие другие признаки. Мы будем слабаками, если не сможем сделать это.

Итак, пожалуйста, так как именно сейчас грузовик начинает катиться сам по себе всё быстрее и быстрее, давайте не позволим ему уехать вдаль в ближайшие годы. Уехать в то место, где слово «полиамория» станет известным всем как нечто беззаботное или как нечто иным образом меньшее, чем то, чем мы знаем его сейчас.


Третье и последнее. Возможно, я слишком забегаю вперёд

Я хочу заглянуть дальше в будущее, которое может оказаться мрачным.

Barry Smiler, ведущий сайт BMore poly в Балтиморе, сказал:

Я наполовину убеждён, что, когда будущие историки оглянутся на полиамурное движение, они будут вспоминать в первую очередь не о множественности партнёров, а скорее о котле, в котором сформировались некоторые мощные инструменты для обсуждения и достижения приносящих пользу всем договорённостей в отношениях.

Другими словами, мы среди людей, создающих эти инструменты для того, чтоб успешно существовать и поддерживать близость в сложных социальных структурах. Возможно, вы видите как это происходит.

Я порой думаю, что 150 или 200 лет спустя я бы увидел выжившие культуры, распространяющиеся и осваивающие заново мир с истощёнными ресурсами и другим климатом, после катастроф XXI-XXII веков. [Боюсь, что при любых возможных апокалиптических сценариях, в постапокалиптическом обществе не найдётся места ни выбору, ни «полному согласию и одобрению» — прим. переводчика.]

С другой стороны, построение устойчивого мира, то есть хорошего и при этом способного сохраняться долгое время, невозможно без появления привлекательных способов жизни, альтернативных массовому потреблению ресурсов.

Устойчивый мир, определённо, потребует того, чтоб больше людей делили дома, кухни, присмотр за детьми, товары и ресурсы всех возможных видов. Жизнь в более людных квартирах, в экономной к ресурсам экономике, определённо, худший способ жизни, если сохранить имеющуюся культуру. Люди стремятся в совершенно противоположном направлении: иметь большие и всё более пустые дома как можно дальше друг от друга. Более тесное проживание, использование меньшего количества материальных ресурсов может действительно притягивать только людей, у которых будет новая культура необычайно высоких по нынешним стандартам навыков межличностного общения и совместного проживания. [Ну... допустим. Однако, в сочетании с тем, что полиамория, определённо, не для всех, сразу вспоминаются коммунальные квартиры, которые выработали новый тип людей, но совсем не таких, как хотелось бы — прим. переводчика.]

Отвлечёмся на минуту от секса и романтики. Я вижу как сегодняшнее полиаморное сообщество взращивает ростки нового способа межличностных и групповых взаимодействий — практику, идеологию, ценности новой культуры. Я очень хочу, чтоб эти ростки достаточно укоренились для того, чтоб пережить трудные времена, если им суждено наступить.

Вернёмся к сексу и романтике. Устойчивый мир потребует привлекательных способов достижения полноты и осмысленности жизни без необходимости увеличения потребления. Что означает нахождение этого друг в друге. Как гласит наклейка на бампере: «Лучшие вещи в мире — не вещи».

Культура, предоставляющая широкие возможности романтической и сексуальной близости, а также глубокую близость в социальных отношениях, может предложить великолепную осмысленность и полноту. Жизнь, простая в материальном смысле, может быть не столь простой в других.

Я верю в то, что концепция полиамории поможет сделать общества более гуманными. Она даст возможность жить полной, вознаграждающей, осмысленной жизнью без убивающего Землю гиперпотребления.

Кроме того, если верить ЦРУ, подавление сексуальности в культуре является надёжным предсказательным признаком для военной истерии, религиозного фанатизма, готовности принять авторитарное правление и патологического отрицания реалистичных способов мышления. Таким образом, безопасный мир должен быть свободнее от него. И мы находимся на интеллектуальной передовой в борьбе против подавления сексуальности.

Итак, ждёт ли полиамурное движение великое будущее?

Как сказал когда-то давно один из пионеров компьютерных технологий Алан Кей:

«Лучший способ предсказать будущее — изобрести его».

Спасибо!

28 Apr 2016