polyamory.progressor.ru:
Переводы из Франклина Во:

Полиамурность: что, почему, как?

Приватность и открытость в полиамурности

Коммуникация

Краткая теория управления ревностью

Практика управления ревностью

Полиамурные мифы

Побочные отношения и уход за ними

Сохранение мира в отношениях

Полиамурные ошибки

Смешение карт

Управление временем

Полиамурность и справедливость

Преодолевая барьеры

Полиамурность без правил?

Предположения в отношениях

Если не ладится — отпусти

Размышления о сообществе и абьюзе

Размышления о Радикальной Честности™

От дружбы к любви

Декларация прав в отношениях

Как встречаться с парой

Отмечая разницу между людьми

Как приобрести уверенность в себе

Полиамурность для моногамных людей

Размышления о лжи во благо

Неловкость как плата за право быть хорошим человеком

Советы: да и нет

Диалог о моногамности и полиамурности

Что надо обдумать прежде чем....

Другие переводы:
Собственные заметки:
Рецензии на книги:
Рецензии на фильмы:

Приватность и открытость в полиамурности, — где баланс?

С любезного разрешения Franklin Veaux. Источник: http://www.morethantwo.com/privacy-in-polyamory

Один из наиболее распространённых лозунгов в полиамурном сообществе звучит так: «В полиамурности есть три правила: коммуникация, коммуникация и коммуникация». Коммуникация действительно является основой любых здоровых отношений, поэтому мы и посвятили ей в своей книге More Than Two не одну, а целых две главы.

Однако, есть область, в которой подчёркивание важности коммуникации может завести нас в беду. Так, очень легко принять соблюдение необходимой приватности за плохую коммуникацию.

Я часто слышу в обсуждения о полиамурности такой вопрос: «Сколько информации об одних отношениях можно считать личной и не раскрывать её в других отношениях?» Ответы даются всевозможные, но обычно образуется два противоборствующих лагеря: «Мы делимся друг с другом абсолютно всем» (где «друг с другом», обычно, означает пару и нечасто распространяется на всех участников отношений) и «То, что происходит в одних отношениях, не раскрывается в других без необходимости». В каждом лагере вы найдёте весьма крайние взгляды вроде: «Я делюсь с партнёром каждой эсэмэской и каждым письмом» (подход, наиболее распространённый в иерархических отношениях, построенных по модели основной/дополнительный) и «Я ничего не говорю своим партнёрам о других своих партнёрах» соответственно.

Для того, чтоб найти верный путь в этом лабиринте, необходимо понять, что такое приватность и чем её сохранение отличается от сокрытия правды.

Если вы читали книги или сайты о домашнем насилии, вы хорошо знаете: отсутствие уважения к чьей-то приватности является его первым и наиболее распространённым признаком. Когда кто-то настаивает на том, что он должен знать о ком-то другом всё, это свидетельствует о недостатке доверия. Ощущение правомерности полного доступа к чужому личному пространству создаёт почву для почти любых форм семейного насилия.

Право на личную тайну является базовым правом человека. Люди, имеющие отношение к полиамурности, часто говорят о добровольном согласии, но часто забывают, что согласие не ограничивается добровольным выбором того когда и с кем заниматься сексом. Оно включает в себя доступ к любой части вас: вашему телу, вашим мыслям, вашим эмоциям, вашему пространству. Основой права на приватность является возможность решать: кого вы подпускаете к самым уязвимым частям себя.

В полиамурных отношениях это может создавать запутанные проблемы, потому, что когда мы чувствуем себя неуверенно, очень просто почувствовать желание знать всё о том, что партнёр делает, думает и говорит. Неуверенность порождает подозрительность.

Однако, когда мы требуем подробной информации о других отношениях своего партнёра, мы требуем доступа не только к его мыслям и эмоциям, но и к эмоциям его другого партнёра. Люди раскрываются перед своими любимыми, делятся с ними своими чувствами, уязвимыми местами, прошлыми травмами и неудачами, но они вправе не делиться этим со всеми. Все мы вправе ожидать, что некоторые вещи, о которых мы рассказываем партнёру, не будут распространяться.

Я часто слышал, что люди, испытывающие неуверенность, страх, угрозу, как только дело касается личной тайны, выкладывают на стол карту «Что ты скрываешь?» Я слышал: «Мы должны делиться всем. Почему ты скрываешь нечто о других своих отношениях? Это значит, что я просто не могу тебе доверять!»

В книге More Than Two мы доказываем, что в любых здоровых отношениях можно ожидать некоторой разумной степени приватности. Близость невозможна без того, чтоб не делиться друг с другом очень личным. Но страх того, что то, чем вы поделитесь, будет сообщено ещё кому-то без вашего согласия, сильно ограничивает то, чем можно поделиться.

Сфера приватного может включать в себя сексуальные взаимодействия. Не каждый является эксгибиционистом и многим не хотелось бы, чтоб особенности их сексуального поведения были продемонстрированы или пересказаны третьим лицам. Она может включать в себя подробности прошлого опыта, страхи и сомнения.

Одна из сложнейших вещей, которым приходится учиться в жизни: понимание того, что другие люди реальны. В том числе, как часть осознания реальности других людей, приходится учиться пониманию того, что другие люди могут хотеть делиться чем-то со своими партнёрами, но не с нами, и это нормально. Это не значит, что кто-то обманывает, скрытничает или подличает. Это просто значит, что каждый из нас имеет право сам определять: кого и насколько глубоко он впускает в свою душу.

Мне доводилось говорить с людьми, которые говорили, что они делятся со своим партнёром абсолютно всем, что бы ни происходило в других отношениях: каждое письмо пересылается, каждый разговор пересказывается, каждое сексуальное взаимодействие становится общим. Я полагаю, что этот подход свидетельствует о проблемах и разрушает близость. Он создаёт ситуацию, в которой человек не может поделиться со своими любимым ничем, что не может быть разделено и с партнёром любимого.

С другой стороны, право на приватность не означает права на скрытность. Есть вещи, которые могут и должны быть известны всем людям, участвующим в отношениях, а именно то, что непосредственно влияет на третьих лиц или делает для них невозможным дать информированное согласие на участие в отношениях. Что это может быть? Например, то, что существенным образом влияет на степень опасности заражения ЗППП.

Определить список того что может или не может быть рассмотрено как область приватного непросто, так как жизнь вообще сложная штука. Но я вижу тенденцию в поведении людей, которые, по моему мнению, подавляют право на приватность под предлогом борьбы за прозрачность. Вот несколько вопросов, которые помогут вам понять, ущемляется ли в ваших отношениях право на приватность:

Когда вы обнаруживаете себя затерянными в глуши без путей и дорог, когда вы не понимаете: куда двигаться, вы можете сориентироваться при помощи этического компаса, о котором мы писали в книге. Какой выбор направляет в сторону, требующую большей отваги? Какое действие будет выражать больше сочувствия? Что продемонстрирует большее уважение к ценностям окружающих?

Мой собственный опыт показывает, что если вы декларируете полную открытость и то, что вы будете делиться всем, что ваш партнёр пишет или говорит, люди будут не склонны открываться вам. Они будут учитывать, что открытость по отношению к вам имеет дополнительную цену: открытость по отношению к людям перед которыми они, возможно, не хотели бы раскрываться, открытость в формах, которыми невозможно управлять. Если вы хотите, чтоб ваши отношения были такими, в каких люди охотно раскрывают свои уязвимые места и глубины своих душ, вам следует уважать их личные тайны.

18 Dec 2014